Журнал Guitar World (США) март 1986г.
(Интервью с ANGUS YOUNG)

«ВЕСЕЛЬЧАК»

автор: Joe Lalaina

В 1986 Энгус Янг обсуждал с GW альбом Fly On The Wall и как, после записи 11-ти альбомов, AC/DC остаются самой последовательной рок группой.

Еще даже до того как вы включите первую песню с любого нового альбома AC/DC, вы знаете, на что вы можете рассчитывать. Редкой группе удалось сохранить такое постоянное звучание, как это удалось AC/DC – по большому счету последние 10 лет они записывали один и тот же альбом. Fly On The Wall. 11-тый диск группы, не является исключением. «Я слышал мнение, что все наши песни звучат одинаково», говорит сладкоречивый соло гитарист Энгус Янг, «но, как правило, это говорят те люди, которым мы не нравимся».

Не правда. Просто со времен дебютника группы High Voltage вышедшего в 1974 году, на всех последующих альбомах AC/DC играют в том же самом безжалостно грубом и прямолинейном стиле. И их фанатом это по душе.
«Мы никогда не будем обламывать людские ожидания», говорит Энгус, который выкроил немного времени на своем текущем американском турне для того, чтобы поговорить о музыке и о других вещах. «Мы стараемся сохранить эту энергетику, всегда свойственный нам настрой. Мы считаем, что чем проще и оригинальней, тем лучше. Просто не все понимают все то, что я играю. Я стараюсь написать хорошую песню. А если вы слышите хорошую песню, вы не станете ее анализировать – вы просто будете слушать и наслаждаться каждым мгновением».
Не смотря на то, что такой минималистический подход сделал AC/DC мировыми звездами – 30 миллионов альбомов проданных по всему миру говорят сами за себя! – Энгусу важнее собственное удовлетворение, чем тиражи пластинок. «Мы не катаемся по миру и не считаем, сколько продано билетов на концерты и сколько продано пластинок», говорит он, «и мы не слушаем радио для того, чтобы быть в курсе модных течений – мы не такая группа. Мы делаем собственную карьеру, а вопросами маркетинга пускай занимается фирма грамзаписи. Мы знаем как сочинять музыку, и конечно же, у нас есть свой уникальный стиль».
Есть ли нечто особенное в манере игры Энгуса Янга?
«Да, есть определенная уникальность», говорит он. «Я точно знаю, как должна звучать моя гитара. И если я постараюсь, то могу придумать несколько фишек. То есть я хочу сказать, что я не просто бездумно бью по струнам. Но для меня очень важно не наскучить слушателю. И не важно играю я соло в песне, или нет. Мне надо знать наверняка, что публика кайфует точно также как и я».
Энгуса больше интересуют громкие, повторяющиеся последовательности аккордов.
«Малькольм делает звучание группы таким насыщенным», говорит Энгус, «и трудно реализовать свои личные амбиции, если ты играешь в одной группе со своим братом – приходится починяться. Малькольм такой же, как я – он просто хочет нашего тесного взаимодействия. Не смотря на то, что он поручает мне играть все соло, как гитарист, Малькольм покруче Эдди Ван Халена».
«Конечно, Ван Хален разбирается в теории музыке, но я не получаю удовольствия когда слушаю очень техничных гитаристов которые стараются запихнуть все известные им ноты в одну песню. Я хочу сказать, что Ван Хален профессионал своего дела, но вся его музыка – лишь упражнения для тренировки пальцев. Если гитарист хочет пилить все знакомые ему ноты, то пускай он делает это, сидя дома. Конечно, у такого виртуозного исполнения тоже есть свой слушатель, но такая игра не для меня».
Энгус с большим удовольствием будет слушать таких заслуженных музыкантов как Чак Берри и Би Би Кинг. «Это музыканты с потрясающим чувством», говорит Энгус. «Они берут ноту в нужном месте и прекрасно знают, что им не надо играть».
«Чак Берри еще никогда не кому не подражал. Ему было все равно, и не важно играл ли он в другой тональности, или играл чью-то чужую мелодию. Когда он берет гитару в руки, он ухмыляется широченный ухмылкой. Когда я был зеленым пацаном, все вокруг буквально боготворили Клэптона, называли его гитарным гением и все такое. Но ребята, даже на неудачном концерте, Чак Берри будет играть куда круче Клэптона».
«Клэптон лишь комбинирует соло позаимствованные у других музыкантов – таких как Би Би Кинг и остальных старых блюз менов – просто он играет все эти соло в смешанной манере. У него есть всего один крутой альбом «Blues Breaker» который он записал вместе с Джоном Майялом, и может быть парочка хороших песен сочиненных им в составе группы Cream. Вот как он примерно создал себе репутацию. И я никогда не мог понять как все начали так фанатеть с Клэптона».
«На современной сцене есть гитаристы, которые играют просто великолепно и одновременно умеют развлекать публику. Джеф Бек – один из них. Он достаточно техничный музыкант, но когда ему надо сыграть отвязный рок-н-ролл, он знает, как это сделать всем своим нутром. Мне очень нравятся первые альбомы, записанные им с Родом Стюартом».
Но Энгуса реально бесит, когда другие люди называют AC/DC группой heavy metal. «Какой дешевый ярлык», говорит он, «так нас обозвали СМИ. Такое оскорбление должны терпеть и сотни других групп. Мы считаем самих себя рок-н-ролльной группой. Но по большому счету нас это не колышет – по крайней мере есть какая-то индивидуальность. Называть AC/DC хэви металлом, с таким же успехом можно сказать, что Police – это группа играющая реггей, даже не смотря на то, что реггей повлиял на их стиль. Мы просто личности. Я хочу сказать, что мы не звучим как Scorpions».
«Хотя не смотря на то, что мы не считаем себя хэви металлической группой, я уверен в том, что многие пацаны тут же ухватятся за это и скажут, «Да, AC/DC играют хэви металл. Они настолько тяжелы, что могут запросто проломить своей тяжестью сцену!». Но такие суждения типичны для молодежи – просто ребята хотят быть частью некой общности».
Дети которые ходят на концерты AC/DC, в основной своей массе, пацаны подростки – фанаты которые лучше напьются и будут дебоширить, чем просто угорать под рок-н-ролл и наслаждаться шоу.
«Но мы же не поп группа», объясняет Энгус, «так что, как правило. На наши концерты приходит больше парней, чем девчонок. Девчонкам подавай что-нибудь такое сладенькое, по типу Duran Duran. Мы не выходим на сцену с модными прическами и в ярких сценических костюмах; мы идет туда для того, чтобы просто играть рок-н-ролл».
Родившись в Шотландии, в 1955 году, Энгус вместе со своей семьей эмигрировал в Австралию в 1964-том. «Тогда в Шотландии была тотальная безработица», вспоминает Энг, самый младший из семи братьев, «так что в поисках работы мой отец отправился со всем семейством в Сидней. И ему удалось устроиться чернорабочим».
Хотя Энгус играл на банджо в Шотландии с пяти лет, он увлекся гитарой только в раннем подростковом возрасте. «У одного соседского паренька была своя электрогитара», объясняет он, «и я просто одолжил, у него этот инструмент и научился играть. Я не знаю, как и почему так вышло».
А не считает ли Энгус, что сегодня он был бы лучшим гитаристом, если бы он брал уроки будучи подростком?
«Нет», отвечает он. «Как правило, во время занятий, многие гитаристы передают тебе свою технику, а это никуда не годится. Я всегда считал, что любой человек с развитым чувством ритма способен научится играть на гитаре. Я не думаю, что кому-то надо брать уроки для того, чтобы научится играть. Необходимо дать гитаристу шанс развивать свою собственную технику. Если кто-то рассказывает тебе, как надо играть, такое обучение может легко навредить твоему таланту и испортить тебе жизнь. Нужно чувствовать сердцем, что и как ты играешь – все очень естественно. Игра на гитаре сравнима с любой другой работой – нужно уметь думать своей головой».
Энгус бросил школу в 15-ть лет. «В то время Малькольм собирал группу», вспоминает Энг, «и я присоединился к нему. После нескольких репетиций, я понял, что это того стоит. Малькольм мне сказал: «Мы просто повеселимся и поиграем в свое удовольствие – а именно крутейший рок-н-ролл, и никаких соплей».
«Сначала нам было трудно найти единомышленников. Один парень, которого мы прослушивали, был певцом, но мы ему сказали, «Нам не нужен певец, нам нужен крикун. Ты нам не подходишь». Но через какое-то время мы нашли нескольких парней и собрали хорошую группу».
Произошло два события: формирование AC/DC и появление энгусовских шортов. «Именно моя сестра предложила мне выступать на сцене в шортах», объясняет он. «После школы, я тут же шел на репетиции. И мне было просто некогда идти домой и переодеваться, если я жаждал от души наиграться. И как-то раз моя сестра сказала мне, «Послушай, было бы здорово, если бы ты играл в группе в своей школьной форме – до тебя такого еще никто не делал». Это была настолько классная идея, что я решил попробовать. Ведь я всегда по жизни был таким оригиналом и не стандартным типом».
И сегодня, на всех концертах Энгус выступает в шортах. Однако же, многие фанаты AC/DC утверждают, что это избитая рутина. «Это смотря о каких фанатах вы говорите», считает Энгус. «Лично я, очень комфортно себя чувствую. Вот если бы я поднимался на сцену и был бы одет как и любой другой гитарист, очень даже сомневаюсь, что тогда я смог бы быть самим собой. Шорты это такая же неотъемлемая часть меня, как и моя гитара».
«Когда я только начинал играть в шортах, это был настоящий вызов. Можно было услышать такое мнение, «Эй, да этот парень натуральный клоун – это просто какой-то непоседа-маньяк». В результате, я прямо таки лез из кожи пытаясь доказать другим, что я реально умею играть на гитаре. Я просто выходил на сцену, подключался к усилителю и играл. И я никогда не играл никаких там «хитрых аккордов», ничего такого».
На самом деле, Энгус ненавидит тремоло рычаги.
«Они меня никогда не интересовали», говорит он. «Если мне нужно добиться похожего звучания, я просто играю на расстроенных струнах. В аккомпанирующей группе Клифа Ричарда играл один парень, Хэнк Марвин (Hank Marvin), который пользовался такой техникой почти, что на каждой песне. Он был этаким клоном Бадди Холли – и топтался на сцене как дурачок. Такие ребята как Хэнк возвращали музыкальный мир на 20 лет назад. Я бы не смог верить таким гитаристам как Бек, не смог бы найти в их музыке вдохновение. Когда бы, я не посмотрел на таких музыкантов как Хэнк Марвин, я всегда делал все наоборот. В результате, когда бы, я не услышал тремоло, я тут же вспоминаю его».
Энгус утверждает, что самым большим музыкальным вдохновением для него являлся его родной брат Джордж Янг, который на пару с Гари Вандой продюсировал несколько первых альбомов AC/DC. Если вы помните, что Ванда и Янг были гитаристами в The Easybeats, одной из самых успешных австралийских поп групп конца 60-х. «Мы многому научились у Джорджа», говорит Энгус. «Он первым сказал нам, «Для того, чтобы выделяться, вам необходимо найти свой, уникальный стиль». Когда он впервые нас услышал, его поразило то, что мы могли взять любую чужую песню, например, такую классическую тему как Lucille и т. д. – и сыграть ее с совершенно новым звуком, тем самым сделав ее неузнаваемой. Просто Джордж предоставил нам полную творческую свободу. Он не напрягал нас сочинять веселенькие мелодии. Именно из-за него мы начали звучать еще сыгранней».
«Не смотря на то, что Джордж был опытнее нас как гитарист, и как автор сочинитель, он также был хорошим продюсером. Многие люди называют себя продюсерами, но на самом деле, они не более, чем инженеры записи, они знают как отстроить звук, что делать с песнями и аранжировками, а для Джорджа вообще нет не решаемых вопросов. Многие продюсеры даже не могут поправить тебя, если слышат, что ты играешь на расстроенной гитаре».
«С Джорджем было просто классно работать в студии», добавляет Энгус. «Он говорил, что раз уж мы рок-н-ролльная группа, то нужно быть как можно менее изысканными. Последний раз он работал с нами над концертным альбомом 1978 If You Wanna Blood, You’ve got It. Я помню как Джордж говорил, «Это последняя пластинка AC/DC которую я буду продюсировать, теперь вы прекрасно знаете какое звучание и какие песни вам необходимы»».
После рассматривания кандидатур нескольких продюсеров (имен которых Энгус предпочитает не называть) AC/DC остановили свой выбор на Роберте Джоне «Мэтте» Ландже, который взялся продюсировать следующие три альбома группы – Highway To Hell, Back In Black и For Those About To Rock. Конечно, Back In Black был из них самым успешным, превращаясь в один из самых продаваемых альбомов всех времен. «Этот альбом наша самая коммерчески успешная пластинка в Америке», признается Энгус, «но наши европейские поклонники предпочитают наши ранние альбомы. У Back In Black модное звучание, и песни с таким звучанием теперь гоняют по радио».
Вот почему AC/DC решили продюсировать два своих последних альбома самостоятельно? «Вовсе нет», говорит Энг. «Мы перестали работать с Мэттом только потому, что мы этого сами захотели. Песни трех альбомов записанных с Мэттом были готовы еще до начала студийной работы. Он дал нам полную творческую свободу, потому что понимал наши устремления. Роберт продюсировал другие группы, но когда он продюсирует нас, в отличии от нас, ему нравится подолгу находится в студии. То есть я хочу сказать, что он хороший продюсер и он прекрасно знает, что он может «выжать» из группы, но он слишком много времени уделяет самому процессу записи. Мы не можем торчать в студии по 6 месяцев в году, записывая альбом – это просто смешно!».
Так доволен ли Энг каким получился альбом Fly On The wall? «Мы считаем, что нам удалось проделать хорошую работу и добиться того, чего мы хотели. Просто мы хотели записать крутую и потрясную рок-н-рольную пластинку. И у нас это получилось».

Потряси костями: Гитароведенье AC/DC.

«Я беру с собой на гастроли примерно 15 гитар Gibson SG, но реально играю всего на трех из них. Для кого-то это просто какая-то дикость, но многие мои SG пропитаны влагой. Я так сильно потею во время концерта, что пот просачивается в гитару. Многие мои гитары не раз оборудуются годами, но когда лак начинает слезать с облицовки, влага от пота начинает пропитывать дерево, и гитары становятся тяжелее и чаще начинают расстраиваться. И тогда их можно использовать только как доску для серфа. Конечно, дерево определяет звучание вашей гитары.
«Моя основная SG коричневого цвета – модель сделанная в конце 60-х. Это моя лучшая гитара. Много лет тому назад я как-то зашел в гитарный магазин и просто влюбился в этот инструмент. Струны на ней были как колючая проволока, и у этой гитары был просто суперский, тонкий гриф. Я же сам коротышка, так что эта гитара сидит на мне просто идеально. У этого инструмента замечательный звук, не слишком высокий и не слишком низкий, как раз то, что надо. Я всегда говорил, что когда я подзаработаю, то куплю себе гитару получше, но я до сих пор не нашел гитары лучше, чем эта. Я уже ломал ее много раз – из-за всех этих постоянных туров и угара на сцене. Так что оригинальным остался только один гриф.
«Также на гастролях я играю на черной SG. Как-то раз я рыбачил где-то в штате Нью-Йорк и нашел себе то, что искал – авторскую гитару с тремя звукоснимателями, но я вытащил средний звучок. На всех моих SG стоят оригинальные гибсоновские звукосниматели, точно такие же, обычно, ставят на старые гитары Les Paul.
«Помимо коричневой и черной гитар SG, я также играю на концертах на красной гитаре; это один из недавно купленных мной инструментов. Эту модель для меня сделала фирма Gibson; по габаритам, она меньше, чем моя коричневая гитара, но сам гриф немного тяжелее и площе.
«Дома, у меня есть разные гитары – несколько гитар Les Paul, один Fender Stratocaster и парочка Телекастеров. Кроме SG, мне нравится играть только на одной гитаре, а именно на Telecaster(а). Когда-то давно, в начале нашей карьеры, у нас с Малькольмом была одна такая гитара на двоих.
«Малькольм играет на гитарах модели Gretsch. Он берет с собой на гастроли девять таких гитар, и по большому счету все они ничем друг от друга не отличаются. Все это гитары модели Jet Firebird. Малькольм играет с великолепным, резким звуком. Многие гитаристы хотели бы добиться такого звучания, но у них ничего не получается.
Никто из нас не пользуется никакими гитарными эффектами. Нам хочется играть с очень чистым звуком, так что нам ни к чему пользоваться всеми этими примочками.
«Хотя мы оба пользуемся беспроводными системами. Я играю через систему Schaffer-Vega, а Малькольм – Sony. Я был одним из первых гитаристов, которые начали пользоваться системой Schaffer. Я начал играть через эту примочку, когда Кен Шафер организовал свою компанию. Он продал эту систему мне, а потом устранял все возникавшие дефекты. На эту беспроводную систему ложится огромная нагрузка, поэтому за ней следит мой гитарный техник, чтобы на каждом концерте все работало исправно. По ходу концерта, я пользуюсь несколькими такими примочками, и все они подключены и находятся в рабочем состоянии. Так что если возникнет какая-то неполадка, это никак не скажется на моей игре.
«Малькольм пользуется системой Sony потому что он стоит на сцене на одном месте и нарезает на своей гитаре. У Schaffer имеется многоканальная система, так что если я хочу прыгнуть в зрительный зал и продолжать при этом играть на гитаре, я могу это делать, не теряя сигнала. У Sony тоже есть подобная система, но она очень чувствительная. Если гитарист пользующийся беспроводной системой Sony начнет носится по сцене и угорать, эта примочка может за просто сломаться. Как-то раз, на одном из концертов, я играл через Sony, потом куда-то впялился, и все, пипец!
Мы оба играем через усилители Marshall. Сейчас мы остановились на шести 100 ваттных головках. У меня также есть отдельный, особый Marshall, который много лет назад эта фирма выпустила специально для меня. Я думаю, что на тот момент этот усилитель был первым, опытным образцом, и все гитаристы хотели себе такой же. Этот усилитель может давать как 300, так и 400 ватт, а при необходимости я даже могу переключиться на 50-ти ваттную мощность.
По сравнению с моими, усилители Малькольма звучат относительно тихо. Он не играет на большой громкости. Малькольм любит плотный, чистый звук, без искажения. А я люблю играть очень громко!».

 
« Пред.   След. »
copyright © AC/DC - FOREVER 2006-2007 ACDCROCKS.RU
При использовании материалов сайта ссылка на ACDCROCKS.RU обязательна!
Рейтинг@Mail.ru