Журнал Classic Rock (Англия) № 82 август 2005г.

О записи Back in Black

авторы: Geoff Barton и Jens Jam Rasmussen

«По Ком Звонит Колокол»

В 25-тую годовщину его выхода, журнал Classic Rock празднует стойкую привлекательность AC/DC Back In Black - вечного классического альбома от Энгуса Янга и группы, которая стояла на пороге прорыва, и которая продала 42 миллиона копий этого диска по всему миру.

Начало 1980 года казалось закатом творческой деятельности AC/DC. Из всех своих жестоких вывертов, судьба сыграла с группой самую злую шутку. Они вернулись в Британию, наслаждаясь своим потом и кровью заработанным успехом в Америке - своим первым альбомом, разошедшимся миллионным тиражом, диском Highway To Hell. Бон Скотт бухал и трахался; Энгус Янг женился. Ничто не предвещало беды.

AC/DC только что начали работать над новой пластинкой когда, - как гласит официальная версия событий - им позвонил их менеджер. Он находился в лондонской больнице King College Hospital, опознавая тело 33-х летнего мужчины найденного в машине в луже блевни. Менеджер опознал фронтмена группы, Бон Скотта, упившегося насмерть.

AC/DC были в шоке - всего лишь три месяца тому назад они сметали со сцены Cheap Trick и Тэда Найджента, выступая у них на разогреве в Штатах. Теперь же, холодной и мрачной зимой в Лондоне, Энгус и Малькольм Янг переживали настоящее потрясение.

«Мы были в глубочайшей депрессии», сказал Малькольм. «Просто бродили и молчали, потому что для нас все было кончено. ВСЕ КОНЧЕНО».

Вернемся с вами немного назад. На пару недель в феврале 1980 основные авторы-сочинители AC/DC - конечно же, братья Энгус и Малькольм Янг - встретились в лондонской репетиционной студии, которая называлась E-Zee Hire.

Как только Янги прибыли на место, они подключили свои гитары для того, чтобы поработать над несколькими дорожками альбома-преемника Highway To Hell. У этого дуэта уже было на готове множество идей. Процесс написания песен для их нового альбома начался еще в прошлом году - в номерах отелей, урывками за кулисами и в гастрольном автобусе - пока группа давала концерты.

Энгус и Малькольм энергично бренчали на гитарах, когда в студию пришел их вокалист, Бон Скотт.

«Барабанщик не нужен, братки?», прикололся Скотт, тем самым, намекая на свою карьеру до AC/DC когда он играл на барабанах и пел в быстро загнувшихся австралийских группах. «Что-то хочется размяться».

«Не вопрос, приятель», хором ответили Янги. «Барабанная установка в твоем распоряжении».

И началась раскованная, веселая сессия. После общего настроя, Энгус и Малькольм начали выдавать гитарный риф, который представлял явный интерес. Бон подхватил ритм. Быстро и уверенно, в конечном итоге эта композиция обрела форму и название Have A Drink On Me. Затем Бон помог написать барабанное вступление ко второй песни - той, что Малькольм присвоит название Let Me Put My Love Into You.

Под конец репетиции Бон отложил барабанные палочки и предложил встретиться и поиграть через недельку. «Это даст мне время поработать над песенной лирикой. Потом мы можем продолжить писать песни».

«Ну, хорошо, увидимся», ответили братья, молчаливо довольные тем, как формировались песни на ранней демо стадии - даже с учетом того, что на барабанах играл не Фил Рад.

Бон попрощался и вышел из студии, как оказалось, навсегда.

Через несколько дней, в среду, 20 февраля, Энгус, Малькольм и остальные ребята в лагере AC/DC узнали ужасные новости. Их фронтмен был мерт.

Музыканты группы были потрясены, и мировое рок-н-ролльное сообщество было потрясено до самого основания. Все оплакивали не только человека, урожденного Рональда Белфорда Скотта, все горевали по AC/DC. Конечно, люди начали болтать о том, что им уже никогда не оправится от подобного удара, потери столь важного музыканта группы - человека, чей скандальный имидж, хриплый вокал и непристойная лирика были ключевыми элементами их успеха.

Прошедший 1979 год стал памятным годов в истории AC/DC. Вслед за масштабным художественным и коммерческим успехом Highway To Hell, в лагере группы произошли серьезные изменения. Выпущенный летом, этот диск попал на 8-мое место в Англии и стал их первой работой попавшей в американский хит парад, добравшись там до 17-той позиции. Титульный трек также попал в Штатах TOP 50 синглов.

Эти «серьезные изменения» произошли в начале года, когда AC/DC заявили о своих планах записать первый альбом без своих старых продюсеров, бывших музыкантов the Easybeats Гари Ванды и Джорджа Янга (последний является старшим братом Энгуса и Малькольма).

Примерно в это же время, AC/DC также понадобился энергичный, новый менеджер - Питер Менчь (Peter Mensch), агрессивный, серьезно настроенный американец - он заменил на этом посту Майкла Броунинга (Michael Browning). Ранее, в начале 70-х, наняв на работу менеджмент Leber-Krebs в Нью-Йорке, Менчь способствовал развитию карьеры таких всем известных американских рок актов как Aerosmith и Ted Nugent. В последние годы, на пару со своим партнером Клиффом Берстайном (Cliff Burnstein) Менчь помогал созданию мощной компании Q-Prime. Самый известный клиент этой компании - группа Metallica.

(Когда редакция Classic Rock связалась с Питером Менчем с просьбой посодействовать написанию данной статьи, он прислал стандартный, короткий ответ по электронной почте, утверждая, что немного странно, «позабыл большую часть тех событий»).

В начале весны 1979, AC/DC безтолку потратили три недели, работая над новыми песнями в Майями с продюсером Эдди Крамером (Eddie Kramer - Jimi Hendrix, Kiss).

По словам Малькольма Янга: «Если честно, то Крамер оказался болваном. Он посмотрел на Бона и заявил нам: «Разве этот парень умеет петь?». Возможно он и продюсировал записи Хендрикса, но со всей уверенностью я могу заявить, что он сам уж точно не Хендрикс».

Расстроенные сложившейся тупиковой ситуацией, AC/DC покинули Флориду и вернулись в Англию. Не найдя взаимопонимания с супер опытным Крамером, они решили попробовать поработать с продюсером-новичком: парнем по имени Роберт Джон Мэтт Ландж (Robert John Mutt Lange).

Уроженец Родезии (теперь Зимбабве) Ландж успел спродюсировать всего несколько пластинок, в том числе диски таких групп как The Boomtown rats, City Boys, The Motors и Graham Parker. Но сотрудничество с AC/DC в дальнейшем станет поворотным моментом в его карьере. Потом он будет записывать сладенькую музыку Def Leppard, Foreigner, The Cars, Брайяна Адамса, Heart и прочих, в том числе Шаню Твайн (Shania Twain) (позднее он женится на ней и назовет ее именем свою студию).

Бывший менеджер Броунинг, который, на ранней стадии карьеры AC/DC забросил заниматься делами своего клуба в Мельбурне, Австралия, изначально порекомендовал Ланджа группе. (Говорили, что Броунинг отдавал все свои силы AC/DC. Все пришли к единому мнению, что для развития их успеха на американском рынке музыкантам нужен другой, более влиятельный менеджер).

Так или иначе, когда AC/DC и Ландж встретились для того, чтобы в студии Roundhouse (Северный Лондон) записать несколько первых дорожек альбома Highway To Hell. Быстро стало ясно, что продюсер горит желанием немного отполировать типичную рок-н-ролльную динамику AC/DC. Как оказалось, это было еще не самое главная проблема. AC/DC продолжали звучать крайне прямолинейно, но их припевы стали более мелодичными и упорядоченными. Ландж проделал превосходную работу, определяя и формируя песни AC/DC при этом не лишая их сырого звучания ставшего причиной изначальной привлекательности группы.

Но на эту запись ушло много времени. Обычно, AC/DC полировали альбом три недели, под опекой Ланджа этот период растянулся до трех месяцев.

Вот как тогда Энгус Янг охарактеризовал вклад Ланджа: «Этот парень мастер звучания, и работая с AC/DC, он постарался довести звук до совершенства, всегда стремясь к качеству. Мы всегда были командой большое внимание уделявшей качественному груву и не менее качественным песням».

На концертных трассах в Англии и Европе, раскручивая альбом Highway To Hell, AC/DC гастролировали с такими восходящими командами Новой Волны Британского Хэви Металла как Def Leppard и Diamond Head, также как и с более признанными Judas Priest. В Штатах им пришлось разогревать такие крутые банды как Cheap Trick и Тед Найджент. По возвращении в Британию, 18 августа 1979 AC/DC были особыми гостями на выступлениях своей любимой группы, The Who, на разовом концерте на стадионе Уэмбли.

На рождество AC/DC завершили свое турне в поддержку Highway To Hell шестью концертами в лондонском зале, старом Hammersmith Odeon (сейчас The Apollo) - а потом, в январе 1980 дали пару перенесенных выступлений в Ньюкасле и Саутгемптоне.

В начале 1980 AC/DC были готовы стать мегазвездами. Помимо тех дорожек, над которыми они работали в студии E-Zee Hire, по большому счету, у Малькольма Янга уже были готовы все новые песни, начиная с невероятно ударного рифа, который станет титульным треком первого альбома группы в новом десятилетии: Back In Black.

Но затем произошло неправдоподобное: смерть Бон Скотта.

В те дни и недели после трагедии 20-того февраля - пока британская рок пресса публиковала свои соболезнования и некрологи по фронтмену AC/DC - оставшиеся музыканты группы в расстройстве готовились к похоронам которые должны были состояться там, где Бон вырос: портовом городе Фремантл (Fremantle) расположенного к югу от западно-австралийского города Перта. Церемония погребения была назначена на 1 марта.

Через 25 лет после похорон, в эксклюзивном интервью Classic Rock, Энгус Янг четко помнит встречу с родителями Бона в Фремантле - и какую роль эта судьбоносная встреча сыграла для будущего группы.

«Мы вылетели в Австралию, и какое-то время провели с родителями Бона (Изой и Чарльзом (Чиком) Скотт). Я помню, как отец Бона говорил мне и Малькольму: «Вам надо продолжать карьеру AC/DC. Вы молоды, вас ждет большой успех, и сейчас вы просто не имеете права сдаваться». Но я могу честно вам сказать - мы к его словам не прислушивались; в этот момент мы очень сильно горевали. Отец Бона повторял свои доводы, он все твердил и твердил: «Вы должны продолжать, ваш потенциал еще до конца не раскрыт»».

Не смотря на одобрение, пока Энгус и Малькольм отнюдь не горели желанием писать какие либо новые песни.

«Мы были расстроены», заявляет Энгус. «Да, мы понимали, что мир лишился очень талантливого человека и, конечно, наши поклонники были разбиты. Но... мы потеряли гораздо больше, мы потеряли друга - очень близкого друга. Человека, жизнь без которого вы просто не представляли. Если честно, то в тот момент, мы просто не знали куда себя девать».

Вопреки расхожему мнению, AC/DC не ломанулись тут же - и, как утверждали некоторые, неприлично, спустя несколько дней после кончины Бона - проводить прослушивания для потенциальных кандидатов на замену вокалиста.

Как рассказал нам Малькольм Янг: «Питер Менчь обратился к нам в самолете по возвращении в Англию [после похорон Бон Скотта], и сказал, что у него есть список кандидатов, на который нам стоит взглянуть. Я его тупо проигнорировал. Помню как отмахивался от этого списка, а в голове вертелась только одна мысль: «бля, это не правильно»».

Но через несколько бесконечно длящихся мартовских дней, Энгус и Малькольм взяли себя в руки и решили еще разок попробовать поработать над пока еще неясным альбомным проектом.

Энгус: «Вернувшись после похорон в Лондон, мы мало что понимали, но где-то недели через две Малькольм позвонил мне и сказал: «Хватит уже нам сидеть, хандрить и бить баклуши, почему бы не заняться делом? По крайней мере, работа мобилизует нас»».

Поэтому братья заперлись в репетиционной студии и привели свои мысли в порядок.

Энгус: «Мы заперли двери и не думали ни о каких фирмах грамзаписи, менеджерах, ни о чем подобном. Мы просто скрылись от всех и работали над своими песнями».

Вуаль секретности опустилась. «В то время ходило множество слухов», продолжает он. «Людям было интересно, что мы делаем и что планируем. В нашу рекорд компанию звонили многие журналисты и просили организовать интервью. Но было еще слишком рано. Мы отгородились от всего этого и не желали, чтобы на нас кто-то давил со стороны».

«Думаю, что мы ушли с головой в свою музыку. Тогда, мы вообще мало, на что были способны. Мы потеряли очень близкого нам человека и просто туго соображали. Но работать было гораздо лучше, чем сидеть без дела и продолжать оплакивать Бона. Поэтом, в какой-то мере, работа стала для нас такой терапией».

Альбом, которому было суждено носить название Back In Black, начал формироваться. Но будущее AC/DC оставалось под вопросом.

Энгус: «Мы действительно не знали, насколько хороши те песни, над которыми мы работали, мы почти что потеряли представление о собственном творчестве. Так в чем же состояла наша мотивация? Да, я и Малькольм сколотили группу, и, думаю подсознательно, нам не хотелось все бросать, не хотелось бросать уже начатое. В конечном итоге, мы работали над несколькими песнями с Боном незадолго до его смерти, и его отец хотел, чтобы мы продолжали свою карьеру. По какой-то причине мы не смогли бы развернуться и сказать: «Вот и все, мы больше не будем заниматься этим»».

Достаточно скоро, на повестке дня встал вопрос поиска нового вокалиста AC/DC.

Энгус: «Даже не смотря на нашу изоляцию, люди продолжали нами интересоваться, причем не только журналисты. Питер Менчь близко общался с нами и постоянно спрашивал: «Чем вы занимаетесь? Как ваши дела? Могу ли я и дальше быть вашим менеджером, ребята?»».

«Через какое-то время, когда мы поняли, что новые песни более-менее сформировались, мы знали, что нам придется столкнуться с проблемой поиска нового певца. Но мы не пошли по стандартному пути, напечатать объявление в музыкальной газете с обращением: «Группе AC/DC требуется новый фронтмен». Нет... это было бы уже слишком, здесь нужно было действовать осторожней. Такие личности как Бон, уникальны, это особые люди, и нам не хотелось, чтобы в нашей группе играл его клон. Прежде всего, нам был нужен человек со своим характером».

Ходили слухи, что на место Бон Скотта претендовали многочисленные и разнообразные фронтмены.

Среди них был Стиви Райт (Stevie Wright) из The Easybeats (группы 60-х, упомянутой нами ранее); Ален Фрайер (Allen Fryer) из австралийской банды Fat Lip (позднее переименованной в Heaven); уроженец Лондона Гари Хольтон (Gary Holton) из команды 70-х Heavy Metal Kids; англичанин Стив Бартон (Steve Burton), хриплоголосый вокалист, фронтмен группы двоюродного брата Энгуса и Малькольма Янгов Стиви Янга, The Starfighters; Джимми Барнс (Jimmy Barnes); и ветеран по имени Терри Уилсон-Слэсер (Terry Wilson-Slesser) который прославился в составе Back Street Crawler, группе сформированной бывшим гитаристом Free Полом Косовым (Paul Kossoff R.I.P.).

Еще один певец, Марк Сторас (Mark Storace) из швейцарской группы Krokus, даже утверждал, что ему предложили место в AC/DC. Он сказал: «Я даже и не дернулся, потому что был убежден в том, что Krokus ждет большой успех. Как же тогда я был наивен, самоуверен и наивен».

И сегодня Энгус Янг продолжает уклончиво рассказывать о процессе прослушивания.

«Я могу сказать только одно - многим было сделано предложение. Нам звонили наши старые друзья и говорили: «Послушайте, у нас есть свои кандидатуры на это место». Мы могли приглашать на прослушивание наших хороших знакомых, а почему бы и нет?».

На самом деле, чтобы попробоваться на место Бона Скотта, Ален Фрайер ушел из своей группы Fat Lip («Толстая Губа»).

Как сказал сам Фрайер: «Я вел переговоры с Albert Productions (австралийской фирмой грамзаписи и мировым издателем AC/DC) и они были во мне заинтересованы. Я все бросил только, чтобы попасть в AC/DC. Они стерли вокальные партии Бона на таких песнях как Whole Lotta Rosie, Shot Down In Flames и Sin City и записали мой голос».

«Я вернулся в Аделаиду и от Джорджа (Янга) и Гари (Ванды) узнал, что меня берут. Потом на одном телешоу сказали, что местный парень Алан Фрайер стал новым вокалистом AC/DC, и я был этим крайне удивлен. По идее об этом никто ничего не мог знать. Получается, что Джордж и Гари хотели, чтобы я пел в группе, а в это время ребята из AC/DC были в Лондоне и рассматривали кандидатуры других парней...».

Один из этих «других парней» был просто невероятной фигурой: коренастый мужичок в матерчатой кепке по имени Брайян Джонсон. Обосновавшись в Country Durham на северо-востоке Англии, Джонсон в это время реанимировал свою группу 70-х Geordie, английскую «команду одного хита» чей сингл All Because Of You в начале 1973 поднялся в чарте на шестую позицию.

Теперь, по прошествии четверти века, становится ясным, что Бон Скотт и после своей смерти сыграл решающую роль в деле выбора своего преемника.     

Энгус: «Конечно мы знали о том, что Бон был поклонником Брайяна Джонсона. В 1973 Бон видел выступление Брайяна в Англии, и тот произвел на него огромное впечатление. Бон гастролировал с группой Fraternity, в которой он играл до AC/DC, и они выступали на разогреве у Geordie.

«Бон был большим фанатом Литтл Ричарда - он считал, что любой рок-н-ролльный вокалист должен равняться на Ричарда. Я помню, как Бон делился своими впечатлениями от Брайяна и говорил, что тот был великолепным рок-н-ролльным певцом в стилистике Ричарда. Бон частенько покупал пластинки классического рок-н-ролла и он мог выложить их передо мной с тем, чтобы я их прослушал, ведь по возрасту я был самым младшим из музыкантов AC/DC. Бон часто мне так и говорил: «Ты уже успел послушать эту пластинку, Энгус? Эта одна из моих любимых». Так что это была важная часть моего музыкального образования».

Вспоминая обо всем этом, Энгус и компания согласились попробовать поработать с Брайяном Джонсоном в качестве нового певца AC/DC. «Джонно (Jonno), как теперь его принято называть, позвонили и пригласили приехать в Лондон и порепетировать с группой в Главный Национальный Праздник Страны: 29 марта 1980. Но сначала, AC/DC не смогли бы его отыскать. Затем, они узнали о том, что Джонсон на первом этаже играет в пул с их рабочими сцены. У музыкантов это не могло вызвать ничего, кроме смеха. Брайян оказался именно тем простым парнем, который им был нужен.

На своем первом прослушивании Джонсон спел Whole Lotta Rosie; с его стороны это было смелым поступком спеть песню напрямую связанную с личностью Бона Скотта. По слухам, другой песней спетой на прослушивании был классический номер Айка и Тины Тернер Nutbush City Limits, но Энгус Янг не может это подтвердить.

«Мы вполне могли бы сыграть эту песню в тот раз», говорит он. «Кажется Малькольм спросил Брайяна: «Назови нам песню, которую ты хотел бы спеть». И Брайян ответил, что он знает Whole Lotta Rosie. Поэтому мы ее и сыграли. Еще Брайян хотел спеть Highway To hell. Потом Малькольм спросил: «Какую еще песню ты хотел бы спеть?». И кажется мы сыграли какой-то рок-н-ролл, возможно, песню Литтл Ричарда или что-то типо того».

Сколько же времени прошло с момента прослушивания до того, как Брайян Джонсон официально стал вокалистом AC/DC?

Энгус: «Ну, мы должны были прослушать и других кандидатов, вероятно несколько недель».

Но брат Энгуса Малькольм по всей вероятности сразу же определился с кандидатом: 2Брайян спел просто великолепно. [прослушивание Джонсона] заставило нас немного улыбнуться, впервые со смерти Бона».

Как Джонсон рассказал Classic Rock что он чувствовал после того, как ему предложили эту работу: «Я помню, как думал: «О, Брайян, и во что ты ввязался?». Однако, я не испугался, скорее разволновался. Я смотрел на все произошедшее со мной так: «Так, хорошо, если меня турнут, что я могу рассказывать своим корефанам, что я две недели был вокалистом AC/DC, и провел отличный отпуск в Лондоне»».

Если честно, то никто не рассчитывал на то, что «отпуск» Брайяна продлится еще 25 лет - и этот отпуск длится до сих пор.

Запись альбома Back In Black должна была состояться в студии Compass Point в экзотическом городе Нассау, Багамские острова, и проходить с конца апреля и весь май - вновь с продюсером Робертом Мэттом Ланджем.

Но, как подчеркивает Энгус, группа имела право прервать процесс записи в случае если они посчитают, что альбом не получается таким, каким они его задумывали.

«Мы испытывали на себе некоторое давление - у нас было обязательство завершить работу над записью к определенной дате. Но в равной степени, было необходимо... Мы не смогли бы начать работу, записать несколько дорожек, а потом сказать: «Нет, нам это не нравится, не тот настрой»».

Через две недели репетиций новых песен вместе с Брайян Джонсоном в Лондоне, AC/DC вылетели на Багамы. Они прибыли во время временного затишья шторма который бушевал на острове следующие три дня. Как вспоминает Джонсон: «Это был далеко не тропический рай. Никаких пляжей с белым песком. Нас просто заливали потоки воды, электричество вырубилось, а телевизоре можно было просто забыть».

Не самое удачное начало. Но суровые погодные условия имели одно преимущество: плохая погода стала вдохновением для написания первых строчек первой песни альбома Back In Black, Hells Bells: I'm rolling thunder, the pouring rain/I'm coming on like a hurricane («Я раскатистый гром, проливной дождь/Я наступаю словно ураган»).

Энгус: «Почти все песни были уже готовы. Последней была написана Rock N' Roll Ain't Noise Pollution, ее мы с Малькольм написали уже на Багамах. Мы поняли, что для полноценной пластинки нам просто не достает песен, и потратили несколько дней на сочинения этой темы в промежутках между гитарными наложениями и прочей студийной работой над записью пластинки».

По слухам название Rock N' Roll Ain't Noise Pollution придумал Бон Скотт, эта цитата («Рок-н-ролл не шумовая поллюция») из перебранки с его домовладельцем.

Малькольм: «Все это вранье. Эта песня была написана о старом лондонском клубе Marquee, который находился на Wardour Street. Это был район с плотной застройкой и в новостях часто сообщалось о повышенном уровне шума в этом квартале, об общей не здоровой обстановке. Вот откуда взялось это название».

А что можно сказать об остальной лирике альбома Back In Black? Энгус утверждает: «Масса идей, припевы и названия песен, куску лирики были уже готовы еще до прихода Брайяна».

Ходят слухи, что музыканты AC/DC взяли большую часть лирики Back In Black из записной книжки Бона Скотта, которая осталась после его смерти.

Энгус это ретиво отрицает: «Нет, мы ничего не использовали из тетрадки Бона. [После смерти] все личные вещи (письма и прочее) были отправлены его родителям и семье. Для нас было бы не правильно использовать все это».

Back In Black записывался быстро, но вот обстановка в студии звукозаписи в Нассау была далеко не идеальной. Джонсон: «Там всем заправляла железным прутом одна старая, массивная негритянка. Нам пришлось запирать двери на ночь т. к. она предупредила нас, что местные гаитяне способны на ночное ограбление. Поэтому она раздобыла для нас двух метровые гарпуны для ловли рыбы и попросила поставить их у гребанной двери! Мне лично все это напомнило Ньюкасл!».

Сообщения об туристе-убийце промышлявшем на близлежащем пляже без сомнения заставило музыкантов AC/DC быть на стороже. Но ситуация не была столь уж стрессовой. Малькольм: «Записываться на острове было просто идеально т. к. там царила тишь и покой. Мы сидели всю ночь с парочкой бутылочек рома с кокосовым молоком, и работали. Именно в такой обстановке была написана большая часть текстов альбома».

Группа полировала Back In Black около шести недель - чертовски быстро по меркам «Ленивца» Ланджа. Так каково же было вновь работать с Мэттом - но с совершенно новым певцом?

«Думаю, что это было здорово, как для нас, так и для него», отвечает Энгус. «После записи Highway To Hell он стал очень востребованным продюсером, но я считал, что продолжение сотрудничества с AC/DC пошло ему только на пользу, особенно с учетом того, что случилось с нами. Надо отдать Мэтту должное в том, что после смерти Бона он продолжал верить в нас и хотел с нами работать».

Редакция Classic Rock связалась с печально известным затворником Ланджем с предложением дать интервью для этой статьи. Человек, которого прозвали «Говардом Хьюзом когорты рок продюсеров» вежливо, но твердо отклонил наше предложение.

Под конец сессий записи Джонсон мог вздохнуть свободно. Как он рассказал Classic Rock: «Было около трех часов дня, стояла прекрасная солнечная погода, и я вышел на улицу к комплексу домиков. Сел на стену, достал сигаретку, а потом сел среди деревьев. Я был так счастлив проделанной мной работой, но при этом не прослушал ни одной готовой песни. Я приходил в студию, пел пару куплетов, потом уходил, возвращался и записывал припев. Так работает Мэтт, так он поддерживает твою мотивацию».

В конечном итоге, Джонсон пожаловался только на высокие ноты на песне Shake a Leg: «О, пришлось поебаться. Так высоко петь я больше никогда не буду».

Выпущенный в Америке 21 июля 1980, а в Англии и в Европе на 10-ть дней позже, альбом Back In Black поднялся на первое место английского альбомного чарта. Диск добрался до 4-того места в Штатах и продержался в чарте 131 неделю.

В прошлом году (2004) - как и положено альбому, на котором есть песня «Не выпьете со мной?» - Back In Black стал «дважды бриллиантовым» по итогам продаж только в одних Штатах. Что означает тираж более 20-ти миллионов проданных копий - другими словами, 20-ть раз платиновая пластинка. Этот рекорд побили всего пять других дисков: The Eagles Greatest Hits (28 миллионов), Michael Jackson Thriller (26 миллионов), Pink Floyd The Wall (23 миллиона), Led Zeppelin IV (22 миллиона) и Billy Joel Greatest Hits (21 миллион).

В США теперь Back In Black обогнал «Белый Альбом» The Beatles, Shania Twain Come On Over и Fleetwood Mac Rumours (все по 19 миллионов). Общий мировой тираж альбома перевалил за отметку в 42 миллиона.    

Даже сегодня Энгус не до конца верит во все это. «Это невероятные продажи, просто поразительные. Всю свою карьеру мы стремились к одному - записывать пластинки и надеется, что они понравятся нашим поклонникам. Мы всегда, с самого начала нашей карьеры, придерживались девиза «ничего не планировать заранее». Когда мы начали давать первые концерты, то всегда задавали себе вопрос: «Что же хочет услышать публика, которая платит свои кровные, чтобы увидеть нас?»».

Back In Black это еще и дань уважения Бон Скотту. Энгус: «Да, таков был план. Черная обложка и колокольный благовест в начале альбома».

Но далеко не все настолько мрачно. Альбом напичкан такими соблазнительно веселыми мелодиями как Shoot to Thrill и You Shook Me all Night Long. «Да, ведь необходимо помнить, что Бон жил весело. Чужая смерть часто действует отрезвляюще, и вы начинаете больше дорожить человеческой жизнью. Бон не особенно задумывался на сей счет. Он жил одним моментом».

Спустя четверть века альбом Back In Black продолжает великолепно проходить проверку временем, и это имеет две стороны.

Для случайного покупателя рок альбомов - воина на уикенд, если угодно; человека не знающего историю AC/DC во всех подробностях - Back In Black остается влиятельной и авторитетной работой.

Для 100% фанатов AC/DC Back In Black также не потерял своей ценности - для них эта пластинка является связующим звеном между эрой Бон Скотта и возрождением группы. Этот альбом представляет из себя беспокойный сгусток эмоций: Явная раздражительность из-за преждевременной кончины Бона смешалась здесь с отчаянной решимостью продолжать.

Мы поинтересовались у Энгуса Янга, что же больше всего сегодня восхищает его в Back In Black? Он ответил со всей мрачностью: «сам факт того, что тогда мы проявили недюжинную силу предотвратившую наш распад и нашли себя, преодолевая огромную трагедию».

AC/DC дали свой первый концерт с Брайяном Джонсоном в Maur, Бельгия. Это было 1 июля, летом 1980. Пятью месяцами ранее, холодной и мрачной зимой в южном Лондоне, они не знали, что им делать. И потом, внезапно, группа вернулась. В черном.   

 


В рубрике «Классическая Встреча»

Во время гастролей 1980 года, Лаура Каньен (Laura Canyon) встретилась с совершенно другими AC/DC лишенными Бон Скотта.

Вскоре после смерти Бон Скотта, иногда братья Энгус и Малькольм Янг могли собраться и, не говоря ни слова, побренчать несколько вещей на своих гитарах, потом, также молча положить свои инструменты в гитарные кейсы.

Периодически мог появляться их менеджер, поболтать для поднятия настроения или принести с собой список вокалистов, которых они могли прослушать. Но как сказал Энгус: «Все это было бессмысленно». Особенно учитывая, что Бон - переживший многие опасности, начиная от угроз оружием разгневанных мужей, и заканчивая борьбой в одиночку с вооруженными задирами в диких австралийских барах, в которых они выступали в начале своей карьеры - мог погибнуть от такой банальной и безобидной вещи как попойка с приятелем в клубе Music Machine в лондонском районе Camden Town, наблюдая за выступлениями других групп.

«Бон», сказал Энгус, «незаменим».

И до лета 1980 я ничего о них не слышала, прежде чем не поехала в Штаты для того, чтобы увидеть AC/DC на их триумфальном мировом турне в поддержку альбома Back In Black.

Под зловещий, медленный колокольный благовест, группа поднялась на сцену. И на том месте, на котором мы привыкли видеть жилистый комок татуировок и тестостерона с акульим зубом в своем ухе, стоял уроженец Ньюкасла с пивным брюшком и широкой ухмылкой - и плоской кепкой на своей голове. Мощный, хриплый голос Брайяна Джонсона звучал просто потрясающе. И та компания зомби, которых я видела в Лондоне еще пол года тому назад, смотрелись так, словно их наполнили реактивным топливом и подожгли.

Первая встреча с Брайяном за кулисами стала для меня незабываемым событием. Это знакомство состоялась на одном из тех безымянных стадионов на Среднем Западе, в царстве бетона и флюарисцентного света. На столе стояла ваза с конфетками M&M, ведро со льдом и пивом Budweiser, и компания девушек хлопавших своими глазками на Брайяна.

Если бы здесь был Бон, то эти девахи уже не стояли бы, а лежали, но Брайян просто сидел там как кот перед сметанной, хихикая и открывая очередную банку пива.

И вот в гримерку входит Энгус с чашкой чая.

«Я бы покувыркался с одной из них», говорит брайян.

С одной из группиз, спрашиваю я?

Он смеется словно в припадке удушья. «Хули ты смеешься, девчонка. Я женатый мужчина с двумя детьми. Пускай развлекаются наши рабочие сцены».

Если бы в том году где-то на одном из американских стадионов и была еще более простая в общении рок звезда, то я бы ее точно никогда не встретила. Между Брайяном и остальными музыкантами группы установились явно теплые отношения. Малькольм утверждает, что отец Бона сказал им на похоронах, что Скотт не хотел бы, чтобы группа распалась. Словно по чистой случайности, вокалист одной из любимых групп Бона - Geordie, получил работу в AC/DC. «Мне позвонили и пригласили на прослушивание», говорит Брайян.

«И он это прослушивание прошел», говорит Малькольм, «и заставил нас улыбаться - впервые с момента кончины Бона».


«Возвращение В черном»: Обсуждение лирики

Внес ли свой вклад Бон Скотт в альбом-веху AC/DC? Малькольм Доум разбирается.   

Это один из величайших спорных моментов в истории AC/DC: написал ли Бон Скотт хоть строчку лирики для альбома Back In Black? Учитывая, что Скотт умер 19 февраля 1980, и что Back In Black вышел в свет всего лишь через пять месяцев после его кончины, существует ли вероятность того, что он внес свой вклад?

Официально, Бон не числится в авторах ни одной песни альбома, но дело это крайне не простое.

Во-первых, Ян Джеффри (Ian Jeffrey) - тогдашний гастрольный менеджер AC/DC - утверждает, что у него есть целый ворох бумаг с лирикой написанной Боном для пластинки. Сами музыканты группы никогда этого не отрицали, но настаивают на том, что все им написанное было забраковано, и что Малькольм и Энгус Янг и новый вокалист Брайян Джонсон впоследствии написали новые тексты для Back In Black.

Сейчас, я лично свидетельствую, что Бон действительно написал часть лирики в ходе подготовки к пластинке, потому что я лично видел несколько листов с его текстами. Это произошло всего лишь за пару дней до его смерти, в клубе The Music Machine в Кемдене, северный Лондон (эта концертная площадка была переименована в Camden Palace, а сейчас носит имя Koko), популярном тусовочном месте для харизматичного фронтмена и другого музыканта-единомышленника такого как Лемми.

Бон с гордостью показал мне кое-что из своих записей, подготовленных им для альбома, который по его мнению будет фирменным диском AC/DC - а также откроет новые возможности. Трудно быть абсолютно точным по прошествии четверти века, и с учетом алкогольного тумана в ту ночь, но одна строчка с тех листков бумаги засела у меня в голове: «Она пригласила меня (она просила меня кончить), но я уже был на месте» (She told me to come, but I was already there). Переписанная лирика из песни You Shook Me all Night Long, в фирменном стиле Бона - двойной смысл в словах, с таким же двойным смыслом были написаны тексты песен Big Balls, The Jack и прочих вещей в подобном стиле.

Пойдем дальше, однако косвенные улики заставляют поклонников AC/DC предположить, что Бон Скотт сыграл свою роль на Back In Black. Сравните строчку She's using her head из песни Given The Dog A Bone с другими текстами, написанными Скоттом для группы, а потом с последующими альбомами, записанными с Джонсоном; становится ясно, что эти строки написаны скорее в старом стиле, чем в новом. Всем известно, что Скотт писал откровенно стебную лирику, тогда как Джонсон в своих текстах гораздо более прямолинеен.

Конечно, до тех пор, пока кто-нибудь не раскопает пачку страниц, на которых Скотт начертал свои идеи для Back In Black, его участие всегда будет сложно доказать. Нужно также отметить, что никто никогда не сомневался в том, что большая часть лирики была написана после его смерти. Тем не менее, некоторые сомнения остаются. Слухи поползли с новой силой, когда в 1997 в свет вышел бокс сет Bonfire на который попали записи с Бон Скоттом, плюс (не понятно почему) сам альбом Back In Black. Ну, зачем было включать в бокс сет эту пластинку? Выходит, что DC косвенно признавали вклад Бона в эту запись?

Но, в заключении, давайте покончим с этим мифом. Бон Скотт не участвовал в каких бы то ни было демо записях для Back In Black. Многие годы находились те люди, которые настаивали на том, что такие записи существуют. Неужели если вы считаете, что так оно и есть, не найдется тот, кто представит эти самые записи публике? Просто это очередной миф, связанный с этой классической группой.


Бом! История Адского Колокола AC/DC

У Малькольма Янга даже имеется миниатюрная копия этого колокола, Дейв Линг ведет расследование.

Когда в зале гаснет свет и поднимается концертный занавес, один из самых знаменитых и классических сценических реквизитов современности медленно опускается с потолка. Над зрительской аудиторией грохочет огромный бронзовый колокол, в который мочит мужчина в плоской кепке.

Медленно и точно, музыканты начинают играть первую песню концерта. «У меня есть свой колокол, я заберу вас в преисподнюю, (I got my bell, I'm gonna take you to hell) визжит певец с воодушевлением. «Я вас достану! Сатана достанет вас...» (I'm gonna get ya! Satan get ya...).

 
След. »
copyright © AC/DC - FOREVER 2006-2007 ACDCROCKS.RU
При использовании материалов сайта ссылка на ACDCROCKS.RU обязательна!
Рейтинг@Mail.ru