Журнал Revolver (США) № 19 октябрь 2005г.
(Интервью с ANGUS YOUNG и BRIAN JOHNSON)

«Мы Приветствуем Вас»
автор: Dan Epstein

Чтобы отметить 25-тую годовщину выхода этого альбома, Revolver вспоминает, как создавался Back In Black группы AC/DC, самый популярный хард рок альбом настоящего… и будущего.

Сегодня трудно себе представить, что когда-то на свете не было Back In Black AC/DC, почти все 10-ть песен этого альбома врезались в наше коллективное культурное ДНК, так словно эти треки всегда были там.

Через 25 лет после выхода оригинального альбома, стриптизерши продолжают танцевать на подиуме под мелодию песни You Shook Me All Night Long; подающие главной бейсбольной лиги продолжают подниматься на насыпь, когда из стадионных динамиков грохочет Hells Bells; репперы продолжают семплировать фанковый риф титульного трека; а учащиеся колледжей (и первокурсники) продолжают веселится и блевать пока где-то на заднем плане насмешливо грохочут Shoot To Thrill и Have A drink On Me. Даже в постоянно разваливающемся мире хард рока и хэви металла, хэдбенгеры разных убеждений согласны в одном: Back in Black – это, братцы, круто!
В июне 2005, Американская Ассоциация Индустрии Грамзаписи обнародовала факт, что только в одних Соединенных Штатах было продано 21 миллион копий альбома Back In Black, смещая с пятого места списка самых продаваемых альбомов всех времен сборник Билли Джоэла Greatest Hits Vol. I & II., и превращаясь в самый продаваемый хард рок альбом современности на одной ступени с диском Led Zeppelin IV. Не смотря на столь впечатляющий тираж, поражает сам факт, что весь альбом был сочинен, записан, смикширован и выпущен всего через пять месяцев после смерти любимого вокалиста группы - Бон Скотта. Неожиданная трагедия подобного масштаба спокойно могла бы прикончить группу, но неутомимая рабочая этика AC/DC – и настоящий кладезь убойнейших рифов – помогли им справится со всеми своими проблемами. Полный скорби и радости, Back In Black не только стал достойным памятником их падшему товарищу, но также сделал AC/DC одной из самых известных групп на земле.
Не дурак выпить, вечером 18 февраля 1980 Рональд «Бон» Скотт имел все основания быть в веселом настроении. За шесть лет карьеры в AC/DC, его весело похабная лирика и харизматичное поведение на сцене помогли группе пройти путь от австралийской провинциальной группы играющей по барам до всеми уважаемой рок команды в Англии, Европе и Соединенных Штатах. Highway To Hell, самый свежий альбом группы, поднялся до 17-той строчки хит парада журнала Billboard – это был настоящий подвиг, учитывая что ни один из четырех альбомов выпущенных ими ранее в США (High Voltage 1976, Let There Be Rock 1977, Powerage и If Your Want Blood 1978) не смогли подняться выше 113-того места. Вслед за коммерческим прорывом Highway To Hell, никто и не сомневался – даже на лейбле Atlantic Records, где всего за два года до этого определенные чинуши хотели избавиться от группы – что следующий альбом AC/DC станет их самой известной работой.
По всей вероятности Скотт хотел немного «выпустить пар» перед началом рекорд сессий альбома преемника Highway To Hell. Не смотря на то, что его пропитанные виски вопли были фирменной фишкой группы – и по общему признанию он был самым раскованным фронтменом на сцене – работа в студии для Скотта была напряженной и утомительной. Так что пока братья Малькольм и Энгус Янг сочиняли потенциальные гитарные рифы для новой пластинки, Скотт просто наслаждался простоем – а ведь последние несколько лет они почти не отдыхали.
«Вплоть до Highway To hell мы «работали не разгибаясь», вспоминает Энгус. «Сначала запись альбома, потом турне – а иногда и запись и гастроли одновременно!».
Как все альбомы AC/DC до и после этого, Back In Black начал обретать форму с нескольких «запасных» гитарных рифов. «У Малькольма появились идеи для таких песен как back In Black и Have A Drink On Me», объясняет Энгус. «Рифы к этим песням он сочинил еще когда мы гастролировали в поддержку Highway To Hell. И за несколько лет работы над прошлыми альбомами, у нас накопилось множество идей – и мы пока не реализовывали эти идеи, например какой-то хороший припев или гитарный риф, потому что мы пока не находили всему этому достойное применение».
По словам Энгуса, Скотт пока что еще не сел серьезно писать лирику к новым песням, главным образом, потому что песенные аранжировки еще не были готовы. «С того момента когда Бон пришел в группу, большинство названий песен и припевы придумывали мы с Малькольмом», говорит он. «Нам всегда нравилось создавать основу песен вместе, понимаете? Вот, например, песня TNT – мы уже придумали хук, и может быть несколько фраз, еще до того как к нам подключился Бон».
Однако, всего за несколько дней до своей смерти, Скотт сумел найти себе применение. Он пришел на репетиционную базу группы и сел за барабаны. «Последний раз он репетировал со мной и с Малькольмом», вспоминает Энгус. «Мы работали над парочкой идей, а он подыгрывал нам на барабанах».
Не довольные провинциальной позицией австралийской музыкальной сцены, в 1977 AC/DC обосновались в Англии, где британские панки и хард рокеры приняли их шумные гимны и имидж сумасшедшего школьника Энгуса. А Скотт вполне вписался в ночную жизнь Лондона, и вечером 18 февраля 1980 он пошел потусоваться и побухать с музыкантами других групп. С ним был Алистер Киннер, знакомый бывшей подружки Скотта – Силвер Смит. Эта парочка села в Рено Киннера и отправилась в бар Music Machine в Camden Town, где они накачались шотландским виски, якобы Скотт пил четверные порции из высоких бокалов.
Уже глубокой ночью Киннер повез Скотта домой; но когда они подъехали к дому Бона, вокалист заснул на заднем сиденье и был совершенно невменяемым. Кеннеру не удалось вытащить его из машины, и за советом он позвонил Смит. Она предложила отвезти Скотта к Киннеру домой; к сожалению, когда они приехали на место, Скотт все еще не пришел в себя, и Киннер снова позвонил Смит.
«Он спросил меня, «Ну и что мне делать?», позднее вспоминала Смит в книге Клинтона Уолкера «Шоссе в Ад: Жизнь и Времена Легендарного Бон Скотта из AC/DC». «Это было уже далеко не в первый раз, так что я сказала, «Просто укрой его одеялами». Бон никогда не был в этом районе города, это было в Южной части Лондона, так что я попросила его, «Оставь для него записку с адресом своей квартиры, так что когда он очухается, он к тебе зайдет». Но, конечно же, он так и не проснулся».
На следующий день, Киннер проснулся с жуткого бодуна. Не обнаружив Скотта у себя в квартире, он решил, что должно быть вокалист проснулся и стал искать дорогу домой. Но когда Киннер вышел посмотреть свою машину, он нашел в ней Бона, его тело оплело коробку передач и он не подавал никаких признаков жизни. когда Скотта привезли в больницу Королевского Колледжа тот был уже мертв, следоватеь делавший вскрытие сказал, «Смерть от несчастного случая: острое алкогольное отравление». Ему было 33 года.
Оставшиеся музыканты AC/DC – братья Янги, басист Клиф Уильямс, и барабанщик Фил Рад – встретили новость о скоропостижной смерти Скотта – шоком и недоверием. Конечно, Бон любил веселиться, но никто не думал, что он может сгубить себя таким весельем. «Он всегда напоминал мне такого пирата», говорит Энгус. «Он любил отрываться, умел прекрасно проводить время, но он не был похож на человека который любит летать на самолетах без парашюта, не был похож на такого рискового парня. Так что смерть Бона застала всех нас врасплох».
Тело Скотта было похоронено на австралийском кладбище Fremantle. На похоронах его отец Чик отвел братьев Янгов в сторонку, и попросил их продолжать свою карьеру. «Именно отец Бона постарался убедить нас вернуться в мир музыки», вспоминает Энгус. «Он сказал мне и Малькольму, «Послушайте – Бону всегда нравилось то, что делала ваша парочка. Впервые в жизни я увидел его по настоящему счастливым человеком, занимающимся своим любимым делом. Я уверен, что если бы что-то стряслось с одним из вас, Бон бы не броси свое дело. Вам надо найти кого-то и просто продолжить свой путь»».
Так или иначе, найти замену Скотту было ой как не легко. Судя по сборнику DVD AC/DC Family Jewels, Скотт был профессиональным шоуменом который не просто выделялся на сцене на фоне маниакальных выходок Энгуса. Скотт олицетворял простецкий имидж работяг из AC/DC, и его остроумие в купе с похабной лирикой придавало особое очарование таким грязным байкам как Touch Too Much, Love At First feel и Beating Around The Bush.
«Бон всегда говорил, что его лирика это такая «сортирная поэзия»», говорит Энгус со смехом. Но я считаю, его талантливым лириком, потому что он всегда умел найти что-то новенькое в достаточно тривиальной теме. И сейчас становится, очевидно, что это был очень редкий дар».
Первоначально, Янги сопротивлялись давлению со стороны их менеджмента и фирмы грамзаписи убеждавших их прослушать новых вокалистов, они решили, что сперва надо довести до ума новый материал, прежде чем приглашать кого-то со стороны озвучить новые песни.
«Наш тогдашний менеджмент постоянно предлагал нам кандидатуры, они спрашивали не хотим ли мы встретится с тем или иным парнем, прослушать того или иного вокалиста», вспоминает Энгус. «Но Малькольм все время твердил мне, «Мы сделаем это когда решим, что все новые песни у нас готовы. Все остальное может подождать!». Нам была ни к чему вся эта спешка. Мы понимали, что никогда не будем искать точную копию Бона; нам был нужен певец со своим характером».
На самом деле, до сих пор не понятно, как группа заметила Брайяна Джонсона. Почти все 70-тые Джонсон пел в Geordie, рок группе из Ньюкасла, которая в начале 70-х попала в британские хит парады с такими хитами в стилистике группы Slade как Can You Do It и All Because Of You. Но к 1980 году Джонсон оказался не при делах, и работал в ньюкасловском гараже. Якобы подросток-фанат AC/DC из Чикаго послал менеджменту AC/DC пленку с записью альбома Geordie с письмом в котором он писал, что Джонсон мог бы быть подходящей заменой Скотту. Мэтт Лендж, который продюсировал Highway To Hell и должен был работать над новым альбомом группы, прослушал эту пленку и согласился.
Другая история гласит, что на самом деле за несколько лет до этого Скотт побывал на концерте Geordie, и его поразило, что почти все выступление Джонсон проорал катаясь по полу. Однако Скотт не знал о том, что на самом деле Джонсон корчится от боли из-за приступа аппендицита. В любом случае, все согласились с тем, что первое же прослушивание Джонсона в ряды AC/DC прошло успешно. Группа уже успела прослушать несколько других певцов («Ни одного из них вы не слышали», теперь заявляет Энгус). Но только Джонсон обладал голосом по мощи сравнимым с вокалом Бона и такой же простой натурой. «Мы искали «родственную душу»», объясняет Энгус. «Человека который смог бы попить с нами пивка, сыграть партейку в пул, посмеяться и пошутить, понимаете? Нам не нужна была «тонкая натура», или наоборот, какой-нибудь революционер».
Также не помешал тот факт, что Джонсон был настоящим фанатом AC/DC, а не просто наемным вокалистом, зарабатывающим деньги.
«Для начала мы сыграли Whole Lotta Rosie, потому что я люблю эту песню и я исполнял ее в составе Geordie», вспоминает Джонсон. «Я был большим фанатом Бон Скотта – певца с очень грязным голосом, самым подленьким голосом для исполнения блюза».
«Мы исполнили несколько песен с Брайяном на репетиции и записали все это на кассету», вспоминает Янг. «Когда потом мы прослушали эти записи, нам стало ясно, что у него хороший голос и что он умеет петь. Мэтт сказал, «Голос то, что надо»». 8 апреля, через 6 недель после смертельной пьянки Бона, Брайян Джонсон был представлен в прессе как новый вокалист AC/DC.
«Знаете, что первое Малькольм и Энгус сказали мне, когда я пришел в группу?», спрашивает Джонсон. «Они спросили, «А ты вообще обидчивый парень?», на что я спросил их, «Это еще почему?». «Потому что раз уж ты стал музыкантом нашей группы будь готов что тебя, на хер, заклюют, потому что нам досталось от каждого гребанного репортера как только мы уехали из Австралии». Я сказал, «Ну я готов к любой критике, раз уж я заменяю такого парня, и у вас уже есть популярный альбом Highway To hell». Но они никогда не давали мне повод почувствовать себя заменой погибшего вокалиста».
Запись альбома Back In Black началась через неделю в студии Compass Point на Багамах. «Записываться в Compass Point предложил Мэтт», объясняет Энгус. «Он решил, что нам будет лучше побыть вдали от дома, от стороннего давления и т. д. Там можно было записываться свободно, вдали от любопытных глаз».
«Мэтт уже работал там над парочкой своих проектов, и он решил, что мы могли бы нарулить там хороший звук. Он знал о чем говорил, с его слов студийное оборудование поддерживалось на должном уровне. Он сказал, что мы будем работать там со спокойной совестью. Что в этой студии есть замечательная кабинка для записи эффекта эха, потом я узнал, что это обычный туалет», говорит Энгус со смехом. «Но все получилось как нельзя кстати, не так ли? Нам удалось добиться «сурового» звучания».
Более того, для остальных музыкантов группы, поездка на Багамы не превратилась в «веселье под солнцем». Почти в самом начале записи, из-за тропических ураганов на три дня на всем острове вырубился свет. «Хорошо, что в студии были установлены дополнительные энергогенераторы, и мы могли бы продолжать работать над песнями», говорит Энгус, «но Мэтт не хотел начинать запись до тех пор пока энергоносители не восстановятся».
Масла в огонь подлили слухи – любезно распространяемые Лили, местной островитянкой которая была нанята готовить группе еду – что по пляжам носятся вооруженные мачете маньяки, и отрубают головы несчастным туристам. «Да, иногда возникают такие истории», пожимает плечами Энгус, «всегда найдется кто-нибудь, кто начнет рассказывать нечто подобное – что нужно быть начеку, иначе тебя могут украсть на пляже и т. д. Думаю, что подобные слухи можно услышать на любом острове. Не забудьте взять с собой поварскую книгу, потому что вас самих могут приготовить на обед!».
Поэтому почти все пляжи были закрыты, тем самым им оставалось сосредоточить все усилия на записи альбома – по крайней мере, когда дали свет.
«Мы все жили вместе в одном домике», вспоминает Энгус. «Кажись там стоял стол для игры в пинболл и один из футбольных игральных автоматов – так чтобы мы могли немного отвлечься и отдохнуть. Но когда тебе нечем занять себя, остается только одно – работать. Можно было развеяться и куда-нибудь сходить днем, когда Брайян записывал свои вокальные партии или Мэтт микшировал бас. Но нужно было быть на месте вовремя, понимаете?».
Первой была записана одноименная с альбомом песня – Back In Black, и для правильного сочетания барабанов и гитары, им пришлось записать несколько дублей. «Сначала записи мы были несколько зажаты, и это сказывалось на звучании гитар и на всем остальном», говорит Энгус. «Мы были в этом твердо уверены. Вы можете услышать, что гитара Малькольма немножко фонит, мы были немного растеряны».
«Мы знали о том, что назовем наш новый альбом «Возвращение в Черном», еще до того как отправились на Багамы», продолжает Энгус. «Мы с Малькольмом решили, что обложка пластинки будет черной, в память о Боне. И нам были ни к чему никакие сопли и сантименты, потому что он не был сентиментальным парнем».
Hells Bells, сокрушительный первый трек, также выражал мрачное настроение группы, когда они наконец-то получили возможность излить весь свой гнев и разочарование пережитое ими в связи со смертью Бона. «Нам было нужно что-то для нагнетания драматизма», говорит Энгус об этой песне. Мрачную атмосферу песни дополнили удары колокола (Denison Bell), позднее этот четырех тонный колокол звонницы был записан инженером Тони Платтом на военном кладбище в Leicestershire, Англия. Для использования на концертах для группы была отлита копия этого колокола в полторы тонны весом, и они используют этот колокол, и по сей день.
Одной из самых спорных песен на альбоме была тема Have a drink On Me; если вспомнить что погубило Бона, часть слушателей посчитало эту песню неуважительной и даже назвала ее «отвратительным заявлением», «Ну, название родилось у нас еще когда Бон был жив», объясняет Энгус. «Вы знаете, сам бы Бон посчитал эту песню приветствием. И он всегда был человеком, которому нравился насмешливый юмор».
Бон также по достоинству оценил бы такие песни как Given The Dog A Bone и Let Me Put My Love Into You, обе темы устанавливают новые стандарты фаллической похоти на альбоме AC/DC. Также как звучная You Shook Me all Night Long, эти песни стали демонстрацией этой похоти, пока Брайян Джонсон не был столь ярким лириком каким был Бон, тем не менее, он мог выдать несколько хороших строчек. «Строчка '...удивляет меня американскими бедрами...' на тот момент, я даже ни разу не был в Америке» - как в 2001 рассказал Джонсон в интервью финскому уэб зайну No Nonsense. «Но мы были на Багамах, и я видел там пару американских девушек, это были натуральные красавицы. Белокурые, загорелые, высокие... Я никогда не видел таких красавиц. Так что я просто использовал свое воображение, не больше, и не меньше».
Затем идут темы Shoot To Thrill, what do You do For Money Honey и Shake A Leg, оставляя на альбоме место для других песен.
«На самом деле Rock And Roll Ain’t Noise Pollution – это единственная песня которую мы написали на Багамах», вспоминает Энгус. «Мэтт сказал, что было бы не плохо, если бы мы сочинили еще одну песню, такую же солидную, как и все остальные. И как-то утром, я и Малькольм пришли в студию и сочинили несколько рифов. Когда уже ночью в студии появился Мэтт, мы сыграли ему то, что у нас получилось, и он сказал, «Да, то, что надо!»». Этой песней и сдавленным криком Джонсона, «Рок-н-рол – это рок-н-ролл, дддааа!», творческая командировка AC/DC на Багамы подошла к своему логическому концу.
Вышедший в свет 21 июля 1980 года альбом Back In Black взлете на четвертое место в американских чартах. Этот диск укрепил статус AC/DC как известной стадионной группы и послужил началом успешной второй фазы карьеры группы, которая продолжается и по сей день.
Пока махровые фанатики AC/DC до сих пор предпочитают голос Скотта вокалам Джонсона, почти все они приняли Брайяна как бесценную часть семьи AC/DC. «Многие активнейшим образом способствовали продолжению нашей карьеры», говорит Энгус. «Наверное трудней всего нам было вернуться домой, в Австралию, потому что австралийская публика много лет видела нас вместе с Боном. Но мы все поддерживали Брайяна – мы словно говорили, «Смотрите, мы тоже здесь. Бона уже не вернуть, и нам остается только закреплять свой настоящий статус». Остается одно – стараться и работать».
Что касается альбома Back In Black, то Энгус говорит, «Примерно через полтора года мы поняли весь масштаб популярности этой пластинки. Я ненадолго поехал в Австралию, чтобы навестить свою семью, и когда я вернулся в Англию, один из парней, который работал на нас, спросил меня, «А ты в курсе, что Back in Black разошелся тиражом в полтора миллиона копий?». На что я удивился, «Что правда?». А он мне, «Прикинь, и это только в одном Лос Анжелесе»».
Каждый год продается от 500000 до одного миллиона копий Back In Black, неоспоримое завещание внутренней непосредственности гитарных рифов и настоящей вечности звука. «Это один из тех альбомов, которые въедаются в вашу память – вы включаете его один раз, а потом гоняете снова и снова, понимаете?», размышляет Энгус. «С моей точки зрения, что эта пластинка никогда не потеряет своего шарма», смеется он. «И с точки зрения моего бухгалтера!».

 
« Пред.   След. »
copyright © AC/DC - FOREVER 2006-2007 ACDCROCKS.RU
При использовании материалов сайта ссылка на ACDCROCKS.RU обязательна!
Рейтинг@Mail.ru