Журнал Raw (Англия) № 56 17-30.10.1990г.
(Интервью с BRIAN JOHNSON и MALCOLM YOUNG)
«Ближе к краю»
автор: Sylvie Simmons

Как старый должок, AC/DC возвращаются со своим самым сильным на сегодня альбомом, The Razor’s Edge, который возвещает об возвращение в группу Малькольма Янга. Янг и универсальный певец Брайян Джонсон рассказывают Сильвии Симмонс о том, что происходит с самым знаменитым экспортом из Австралии.

17 лет назад в Сиднее, Dame Endnaland, старое, крутое место, где даже кенгуру пьяны к обеду, два брата – шотландских иммигранта, сформировали группу с вокалистом роуди, который пил и трахался больше, чем обычный парень. Он также носился по сцене, надев на голову трусики своей жены. Этими ребятами были Энгус и Малькольм Янг. Он – Бон Скотт. Группа называлась AC/DC.
(Те из вас, кто знает все это, пропустите следующие два абзаца. Редактор Raw, простой парень, захотел, чтобы я кратко изложила здесь историю группы).
Сокращение AC/DC было написано на задней стенки пылесоса Hoover и звучало как высоко вольный рок-н-ролл. Мощно. Это сокращение также означало, ну это…, вы знаете, поэтому как-то ночью они должны были выступать в австралийском баре для голубых, а Энгус должен был изобразить стриптиз школьника-извращенца. Не самое приятное зрелище и, скорее всего они не вспомнят, если только так не зародилось теперь традиционное спускание шортов на сцене. Они также играли по захолустным барам, где собирались крутые мужчины, выбивавшие себе зубы топорами и готовые пристрелить тебя, если им не нравились твои песни. К счастью, этого так и не случилось, но в отличие от их первых песен, таких как High Voltage, их британский дебют – выжимка лучших вещей с их первых двух австралийских альбомов – показал их силу. За австралийскими барами последовали английские пивные, в том числе постоянные выступления в лондонском баре Red Lion. Группа становилась все популярней, а классические альбомы выходили один за другим, Let There Be Rock, Powerage, If You want Blood… и тот, который в 1979 превратил их в мировых мега звезд, знаменитый Highway to Hell.
Потом умер Бон Скотт – захлебнулся собственной рвотой после одной из пьяных ночей. Разбитые, но не сломленные музыканты группы нашли Брайян Джонсона, уроженца Ньюкасла, бывшего вокалиста Geordie, с лупцующим мозг, обдирающим яйца голосом. Первый записанный совместно альбом, Back In Black, был данью уважения его предшественнику, и одной из лучших пластинок десятилетия. И целый год этот диск выжигал напалмом американские чарты.
Через 10 лет вышел очередной новый альбом, The Razor’s Edge (на первой стороне пластинки вы найдете их самые лучшие песни, которые они когда либо записывали), новый продюсер (очень востребованный Брюс Файербейн) и новый барабанщик (Крис Слэйд). И, конечно, новое турне, которое будет спонсировать компания Tetley. Малькольм теперь, также как и Энгус, не пьет ничего крепче чая, как некий результат того, что на последнем американском турне, когда Стиви Янг заменил своего дядю на гитаре, пока Мал оставался дома с диагнозом «нервный срыв».
«Это был вовсе не «нервный срыв». Просто меня задолбало это многолетнее пьянство. Мне все надоело. Вот в чем все было дело», пожимает плечами Малькольм, не испытывая особого желания распространятся на эту тему, «это была «черная полоса» в моей жизни. И я бы не сказал, что тогда я исчерпал себя как гастролирующий музыкант. Просто я настолько сильно затрахался, что уже был готов сказать, «Понимаете, ребята, я тоже это люблю, но дальше я так не могу». Ребята понимали это. Они знали, что эта передышка также пойдет мне на пользу. Мне пришлось бросить пить, и это было сделать не просто, на это ушло много времени. Завязать было гораздо труднее, чем я думал, потому что я думал, «Я могу бросить» (смеется) «А ты попробуй!».
Подключается защищающий Брайян Джонсон. «Это было очень смело. Я злюсь, когда другие начинают спекулировать на эту тему – Я хочу сказать, что если кто-то решается на такое в своей жизни, такое решение дается не просто, правда. И я не знаю, решилась бы ты на это или я решился бы или нет. Точно также, когда кто-то спросил меня, «Что вы скажете об американских группах, которые теперь отказались от выпивки, они все чисты и пропагандируют такой образ жизни?». И я ответил, «А кого это ебет?! Да я понятия не имел обо всех этих группах! Им надо просто заткнуться и играть свою музыку». Ведь не всем же следовать их примеру, типо, «Посмотрите на нас, какие мы хорошие»».
«Я вовсе не пропагандирую трезвый образ жизни», говорит Малькольм. «Зачем, потому что эта проблема касается людей только определенного контингента. Но сам я бы не смог покончить с выпивкой. Во мне сидел как Доктор Джекил, так и Мистер Хайд. И этот порок управлял мной. Вот тогда ты и понимаешь, что все, хватит».
Раз уж становится скучновато просто торчать в доме, и представлять себе как гигантские бутылки Джек Дэниелс танцуют у тебя на глазах в чулках и подвязках, пока группа продолжала гастролировать, Малькольм корпел над новыми песнями. Когда турне закончилось, к нему присоединился Энгус, и вместе они написали все песни альбома The Razor’s Edge. Когда после 12-ти месячного перерыва остальные музыканты группы встретились в Ирландии, братья сыграли им то, что они, извините за выражение, наварили. «И», говорит Брайян, «это были великолепные песни! Они цепляют с ходу – Thunderstruck просто бьет вас в лицо, а второй трек, Fire Your Guns, куда свежее, чем большинство рок-н-роллов записанных нами на других альбомах. Это была почти, что новая группа, с выплескивающейся энергией. Ты возвращаешься после долгого перерыва, и очень хочешь попасть туда, вернуться к работе, и это похоже на гонку на скорости 160 км. в час, сырое, чистое возбуждение! Мы удивлялись и говорили, «Оба-на, мы звучим как настоящая группа! Нам надо делать это почаще! Мы могли бы зарабатывать на этом деньги и играть по клубам!», он смеется. «На этом альбоме я не написал ни одной песни и переключил все свое внимание на вокалы, потому что все остальное меня не беспокоило».
«Я не пел так высоко со времен Back In Black», с гордостью говорит он. У него просто луженая глотка! «Но моя любимая песня на альбома – If You Dare, такой приблюзованный рок, спокойный. Я с большим удовольствием спел на этой дорожке».
Со стороны можно решить, что было далеко не просто записывать этот альбом: новый барабанщик, не говоря уже о том, что пластинка записывалась в нескольких странах (Ирландия, Голландия, Канада). И несколько продюсеров (сначала Гари Ванда и джордж, брат Энгуса и Малькольма, потом Джордж Янг и Ян Тэйлор (Ian Taylor), и Брюс Файрнбейн), но Малькольм поправляет меня.
«Нет, альбом продюсировал Брюс Файрнбейн. Джордж всегда приглядывал за группой, это его хобби, и он периодически участвовал в работе – он был в Лондоне и пытался учредить австралийский лейбл (производственная и рекорд компания поощряющая новые таланты), и его можно назвать шестым музыкантом группы. У нас могут быть готовы все песни, а Джордж придет и скажет, «Вот это полное говно, а вот это хорошо», и т. д. Ян Тэйлор, инженер с которым мы записывали демо в Дублине. Однако, нам был очень нужен хороший продюсер, поэтому мы пригласили Файнберна. Он сам хотел поработать с нами».
По поводу смены стран, «это был скорее вопрос географии. Нам было проще, всего встретится именно в Ирландии. Да и у Брайяна есть родственники ирландцы», смеется он.
«Только один знакомый бармен в порту», гогочет Брайян. «Было очень весело записывать эту пластинку, потому что мы оказались там по воле случая».
«Однако мы все песни написали сами – я и Энгус, но мы должны были убедиться, что написанные нами песни подходят группе. И именно в Ирландии мы попробовали играть этот материал. Так что когда мы засели в канадской студии, мы все были во всеоружии», говорит Малькольм.
«И там работа шла как по маслу, не так ли?», говорит Брайян. «Все прошло без сучка и задоринки. У нас все получилось».
А это правда, что Малькольм спел на демо записях?
«Кто это тебе сказал? Похоже на сплетни инженеров!», смеется Малькольм. «Всего лишь несколько мелодий и идей, просто на этот раз мы все записали на пленку».
Тем не менее, это, похоже, привело к слухам, что Брайян Джонсона выгоняют из группы!
«Я слышал об этом!», говорит вокалист. «Моя мама рассказала нам. Она позвонила мне и сказала, что меня выгоняют. На что я ей ответил, «Боже ж мой, мама, я репетирую с ребятами, нет!». А потом я сказал им, «Моя мама говорит, что вы выгоняете меня!». Мы просто посмеялись над этим».
Барабанщика Саймона Райта вовсе не увольняли из команды.
«По большому счету, ему предложили поиграть в Dio, и он спросил у нас, «Вы как, не против?». И мы дали добро, почему бы, ему не поиграть другую музыку, когда мы записывали демо, и мы заполучили Криса. Все вышло как-то само собой», говорит Малькольм. «Я думаю, что Саймон всегда держался особняком. Он был музыкантом AC/DC. Но при этом всегда был тихим и незаметным, не так ли?».
«Ему не сиделось на месте», говорит Брайян. «Он постоянно хотел свалить и заняться чем-то еще».
Крис Слэйд – полноправный член группы?
«Да», говорит Малькольм. «Мы пригласили его на рекорд сессию, просто отбарабанить на нескольких треках, и он оказался очень милым парнем. И под конец записи альбома, мы спросили его, «Не хочешь играть у нас?», и он тут же принял наше предложение».
«Он классный парень», ухмыляется Брайян. «Тебе надо посмотреть видео. Можно подумать, что он играл в группе целую вечность, словно он был с нами всегда».
«Мы никого не прослушивали», говорит Малькольм. «И он не проходил прослушивание. Он хороший барабанщик, солидный, тяжелый, энергичный, так что мы решили, просто пригласить его и посмотреть сможет ли он нас усовершенствовать, при этом ничего не меняя в группе», смеется он. «И у него это получилось!».
А не принес ли он в звучание AC/DC что-то от Uriah Heep?
«А тебя часом не завербовал магнат какой-нибудь австралийской газеты?», подкалывает Брайян. «В английской музыкальной прессе работают одни идиоты. Мне это нравится!».
«Мы даже не знали о том, что он играл в Uriah Heep», говорит Малькольм. «Он ничего не рассказывал нам об этом! Да, мы видели как он играл в составе группы Manfred Mann’s Earth Band – на концерте который состоялся несколько лет тому назад в Сиднее, Австралия – и я помню, что он и басист играли тогда просто потрясающе! Но честное слово, мы не хотели косить под Uriah Heep! Когда мы узнали о том, что он свободен, оказалось, что это тот самый парень – и он как-то освежил группы. Под конец работы над альбомом, мы уже знали, что наше сотрудничество продолжиться. Потому что он ни разу не облажался. Всегда играл безупречно».
«И он принес группу несколько новых приколов, какие-то новые истории», смеется Брайян.
Они все жаждут, после долгого перерыва, отправится на гастроли – даже Малькольм, это будет его первое «трезвое» турне. А не трудно будет гастролировать и пить один чай?
«Нет», отвечает Малькольм. «Все в порядке, я и без алкоголя продолжаю наслаждаться концертами. В студии ты испытываешь давление. А вот если хочется оттянуться по полной, тогда турне в самый раз. Гастролировать гораздо легче, потому что ты чувствуешь свою востребованность, и не остается никаких сомнений. И я уже не буду вставать утром, выпивать Jack Daniels и садится в самолет. Я не буду об этом скучать!».
Да, звучит странно, трезвые AC/DC, группа, которая, похоже, всегда подзаряжалась пивом и «Джеком».
«Да», говорит Малькольм. «Но мое пьянство никак не сказывалось на концертах, все происходило после выступлений. Я первым напивался и последним уходил из бара. Ребятам приходилось тащить меня на себе!».
«Последняя Остановка Кастера!», смеется Брайян, который до сих пор не против выпить. «Однако я больше не злоупотребляю крутыми штучками».
«Не понял, чем именно?», спрашивает Малькольм. «Героином, что ли?».
«Нет, я больше не нажираюсь. Надоело, скучно».
Отвлечемся от темы алкоголя, в этом году исполнилось 10 лет со дня смерти Бона. Планировали ли они как-либо отметить эту дату?
«На самом деле, я не знаю», говорит Малькольм. «Такие вещи предлагает фирма грамзаписи. Я уверен, что что-то будет, но нам хотелось бы утвердить то или иное предложение, так чтобы все было сделано правильно, это очень важно. Если они (рекорд лейбл) подкинут какую-то стоящую идею, тогда не вопрос – а вот если это будет откровенным зарабатыванием денег, тогда это дерьмо, и мы не заинтересованы в этом».
А есть ли какие-то не реализованные старые песни с Боном, которые до сих пор хранятся где-то в архивах?
«Наверное, если бы мы провели ревизию старых демо и мастер лент. Но мы даже не смотрели. Похоже, что мы никогда не вспоминаем прошлое. Мы всегда стараемся смотреть вперед».
Брайян был и остается большим фанатом Бона. «Я все еще слушаю его записи. Он бесподобен. Самый лукавый голос, который я когда-либо слышал в блюзе, правда».
«Не думаю, что кто-то тогда понимал, насколько талантлив Бон», говорит Малькольм. «Да, люди умирают, и уже после их смерти начинаешь понимать, что они не раскрыли свой талант. У Бона был свой стиль, своя оригинальность, да еще и замечательный голос».
«Если говорить о Брайяне, то все полюбили Брайяна как человека, и я думаю, что это сыграло свою важную роль. Он влился в коллектив и был своим парнем. А также тот факт, что Бон никогда не вернется, чтобы помочь нам, из-за этого все столкнулись с жестокой реальностью. Брайяну пришлось не сладко, и мы могли продолжать работать только в том случае, если бы поддерживали друг друга, что мы и сделали».

 
« Пред.   След. »
copyright © AC/DC - FOREVER 2006-2007 ACDCROCKS.RU
При использовании материалов сайта ссылка на ACDCROCKS.RU обязательна!
Рейтинг@Mail.ru